Адмиралы предпочитают сла < Рецензии < Арт-библиотека < Арт

Адмиралы предпочитают сладости

24 Марта 2013 г., просмотров: 1811.
Кадр из фильма
В том, чтобы японцы в декабре 1941 года напали на американскую военно-морскую базу Перл-Харбор, были заинтересованы все ведущие контрразведки мира того времени.

Американцам нужен был повод развязать войну в Юго-Восточной Азии, поэтому президент Рузвельт, преодолевая сильнейшее сопротивление собственных адмиралов, развернул эту злополучную базу в самом неудобном месте Тихого океана. Некоторые историки даже утверждают, что американцы заплатили японскому военачальнику Исороку Ямамото, чтобы он начал боевые действия против США.

Советская Россия, к тому времени уже находящаяся в состоянии войны с Германией, была заинтересована в том, чтобы японцы увязли в войне с США и Британией, и перестали угрожать дальневосточным рубежам СССР. Поэтому, владея хорошей агентурной сетью на Дальнем Востоке, где еще с Гражданской легендарный командарм Фрунзе курировал всю наркоторговлю, Сталин спокойно наблюдал за тем, как американские и британские шпионы подталкивают японские милитаристские круги к началу военных действий.

Великобритания — исторически за любой «кипеш», исторически не любит Америку и Россию, и тоже всегда не прочь где-нибудь поживиться, желательно «на халяву». Поэтому несколько десятилетий высокопоставленные британские военные передавали Японии ценную и секретную информацию, чему в не немалой степени способствовали успеху японской операции на Перл-Харборе. Когда же «обозленные» американцы начали бомбить острова Восходящего Солнца, британцы подтолкнули японское командование к нападению на собственную базу в Сингапуре в 1942 году. И тоже начали бомбить японцев. 

Единственным человеком, которому нападение на Перл-Харбор было не очень выгодно, оказался, как ни странно, Адольф Гитлер. Конечно, он предпочел бы, чтобы Япония напала на СССР, однако, заварушка на Дальнем Востоке отодвинула открытие второго фронта, а германские войска получили передышку в Северной Африке, где Эрих Роммель (гомосексуалист и большой друг Фридриха Паулюса) терпел сплошные поражения от англичан.

Но, довольно истории, история — это всегда источник неврозов и фрустраций.


Атака на Перл-Харбор давно уже стала объектом внимания не только историков, но и кинематографистов. Обстоятельства атаки были воплощены на экране шесть раз. Самым объективным фильмом считается американо-японская лента 1970 года «Тора!Тора!Тора!», получившая 4 номинации на Оскар и одну золотую статуэтку. Все остальные — или слишком японские, или слишком американские. Последний раз история «Жемчужной гавани» была экранизирована в Японии в 2011 году. В оригинале картина режиссера Идзуру Нарусима называется «Адмирал Ямамото». На казахстанские экраны фильм вышел в середине марта 2013 года.

Двухчасовая военная драма неспешно, практически репортажно, показывает зрителям последние дни императорской Японии: кризис, безработица, нищета, нестабильность, и война — как единственный выход из депрессии. За войну все: молодые, старые, военные, интеллигенция, журналисты, гейши, дети. Общей военной истерии не поддаются, пожалуй, только два человека: император Японии Хирохито (большой поклонник творчества Чарли Чаплина) и адмирал Исороку Ямамото.
Адмирал Ямамото — самая неоднозначная личность в японской военной истории первой половины ХХ века. Кадровый военный, получивший образование не только в Японии, но и за рубежом, прошедший несколько войн, реформатор флота и основоположник японской военно-морской авиации, Ямамото был сторонником мирного решения всех военных конфликтов, и всегда выступал против начала каких-либо военных действий.

С самурайским спокойствием и улыбкой Джоконды на лице, Ямамото, в исполнении звезды японского кинематографа Кодзи Якусё, все два часа экранного времени объясняет, что союз с Германией приведет Японию к катастрофе. Объясняет он это всем: настырным журналистам, нетерпеливым молодым подчиненным, недальновидным коллегам. Для того, чтобы зрители полнее прочувствовали миротворческий адмиральский настрой и с самого начала поняли, что в конце адмирал окажется прав, создатели фильма придали образу Ямамото совсем уже лубочные черты. Экранный адмирал — гурман, весельчак, сладкоежка, примерный семьянин, хороший отец, поэт, гедонист, мудрый наставник и дисциплинированный подчиненный. Одним словом, «слуга царю, отец солдатам». Собственно, все так на самом деле и было, за тем исключением, что Исороку был человеком жестким, безжалостным и решительным, любил азартные игры, а обществу жены предпочитал общество гейш, как и всякий уважающий себя японский человек. Правда, жесткость, безжалостность и решительность Ямамото проявлял лишь в отношении всяких «некультурных» территории: Китай, Корея и русские Курилы. Западные же ценности адмирал уважал безмерно. В этом смысле, а также общим панихидным настроением, фильм напоминает почти одноименную российскую киноподелку «Адмиралъ».

Пристрастие Ямамото к хорошей еде и сладостям объясняется особенностями традиционного японского быта. Как говорил мой знакомый, проработавший на островах несколько лет: чем дальше от Японии, тем вкуснее суши. Островная кухня пресна и однообразна, а быт по-спартански скуден. Недополученные удовольствия японцы компенсируют всеми возможными способами. 

Картина снята с размахом: обилие крупных планов, красивые панорамные съемки, костюмные и интерьерные реконструкции отсылают кинолюбителей к «Апокалипсису» Кополлы. Но Нарусиме не хватило кополловского саспенса и глубокой драматургии: даже в изображении личности адмирала чувствуется желание режиссера не слишком отходить от «парадного портрета» национального героя. Военные действия — игрушечные, смерти — ненастоящие, подвиги — легковесные, герои — картоннные. Не чувствуется драматизма даже в сценах, когда адмирал, услышав о гибели своих кораблей или друзей, с непроницаемым лицом садится играть в го. Пробирает лишь эпизод смерти самого Ямамото в полном адмиральском облачении и с катаной в руках. Умирает адмирал, как и полагается самураю, на поле боя, с осознанием того, что сделал все, что смог.

Впрочем, «легковесность» фильма — это исключительно европейский взгляд. В Японии совсем иначе относятся к смерти, боли, жестокости, войне. Каждый самурай с детства готов умереть на поле боя, потому что смерть — это возможность сделать еще один шаг на пути к нирване, а война — естественное состояние человеческого существования. И ничего исключительного в этом нет.

Собственно, «Адмирал Ямамото» — это такой новый японский военно-патриотический фильм. Проявлять свои милитаристкие замашки в нынешние либеральные времена — не комильфо, а воспитывать молодежь как-то надо. Поэтому отодвинем на задний план спорные и неоднозначные исторические моменты, сгладим острые углы исторической правды, и высветим яркими лучами прожектора национального героя — человека и адмирала, отдавшего жизнь за родину и ее национальные интересы.

Мне, вообще, кажется, что все два часа снимались только ради одного эпизода, где молодой летчик спрашивает у адмирала: за что теперь сражаться японцам.

 — Раньше мы умирали за сёгуна, но теперь нет сёгуната. За что теперь мы сражаемся?
 — За Родину!

Даже, наверное, в казахстанских школах этот фильм о «новом японском патриотизме» стоило показать.

Как человек, неравнодушный к японской культуре, не могу не закончить эссе японскими поэтическими строками:

«Декабрьским утром разбиты чашки сакэ».


Анна Дармодехина

Служба новостей «Artparovoz»
24 Марта 2013 г.

Комментарии

Ваш комментарий может стать первым
Оставить комментарий
отписатьсяподписаться

Оставить комментарий