Спрос на русскую душу < Калейдоскоп < Арт-библиотека < Арт

Спрос на русскую душу

26 Сентября 2012 г., просмотров: 1116.
В.Ерофеев. Фото ИТАР-ТАСС
«Апокриф – коррупция – червяк», – разносится из квартиры Виктора Ерофеева. Это его говорящий попугай жако повторяет полюбившиеся словечки. В доме литератора все в лучших писательских традициях: в творческом беспорядке высятся горы книг, тут и там валяются вещи, пепельницы. В кресле уютно устроилась кошка Настя. Именно в этой обстановке г-н Ерофеев написал романы, моментально ставшие бестселлерами в Европе и сделавшие его весьма состоятельным. С отечественным же читателем контакта у автора не получилось, и, чтобы раскрутить столь популярную на Западе тему русской души, ему пришлось стать «человеком из телевизора».

Из князей в…
В конце 1950-х Витя Ерофеев вместе с родителями приехал в Москву. В толпе и суете вокзала его семья сильно выделялась, а все потому, что, в отличие от подавляющего большинства советских граждан, поезд привез их не из далекой таежной глубинки и даже не из солнечных южных республик, а из самого Парижа. «Родители были скромными, но очень интеллигентными людьми. Папа – дипломат, помощник Молотова, четыре года занимал должность советника посольства СССР во Франции», – говорит Виктор Ерофеев. Можно сказать, что именно там, в самом романтичном городе Европы, где будущий писатель ходил в школу и тоннами поглощал произведения, которых на родине было не сыскать, начали формироваться его взгляды на жизнь. Стоит ли удивляться, что, окончив в начале 1970-х филологический факультет МГУ, молодой человек пошел в аспирантуру Института мировой литературы, где взялся за франкоязычное направление. Спустя пару лет журнал «Вопросы литературы» опубликовал его эссе о творчестве маркиза де Сада. «Статья пользовалась огромным успехом в первую очередь потому, что этот французский автор у нас не печатался, тем не менее его слава бередила умы граждан, – объясняет литературный критик Александр Шаталов. – После выхода эссе Ерофеев стал известен и обозначил, что ему интересны маргинальные темы».

Жизнь богемы в то время не была обременена чрезмерными заботами. «Литераторы, художники, музыканты отлично зарабатывали, легально ездили за границу, обустраивали дачи и кутили в ресторанах. В отличие от чиновников, мы практически ничего не боялись», – вспоминает Виктор Ерофеев. Возможно, именно поэтому сытая творческая интеллигенция решила взбунтоваться против цензуры. Первыми в 1974 году выступили художники. В районе Беляево они организовали открытую экспозицию авангардистов, которую власти разгоняли с милицией, поливальными машинами и бульдозерами. Кстати, из-за последних событие вошло в историю под названием «Бульдозерная выставка». «Как ни странно, но в результате правительство прислушалось к их просьбам. Вдохновленные, в 1979-м мы отважились на публикацию не прошедшего цензуру альманаха «Метрополь», – рассказывает г-н Ерофеев. По его словам, напечатав в 12 экземплярах книжку с запрещенными текстами Ахмадулиной, Высоцкого, Рейна, Вознесенского, они с товарищами хотели лишь привлечь внимание и получить чуть больше свободы, однако очень быстро оказались на задворках Союза писателей с волчьим билетом. Причем пострадал не только начинающий революционер. Его отца, которому прочили должность заместителя министра иностранных дел, вызвали из Австрии и отстранили от работы.

Некоторое время спустя, дабы не делать из молодого человека мученика и народного героя, его восстановили в Институте мировой литературы, правда, французскими писателями заниматься больше не позволили – слишком много в их сочинениях вольномыслия. Виктора засадили за абсолютно безвредное творчество немногочисленных канадских авторов. Г-н Ерофеев признается, что, лишившись гонораров от литературных журналов, которые больше не публиковали его критику и эссе, он зарабатывал на кафедре сущие копейки:«Еле сводили концы с концами и растили маленького сына Олега только благодаря тому, что моя жена Веслава, полька, работала переводчиком». Но худа без добра, как известно, не бывает: неоднозначный период в жизни дал писателю основу для сюжетов двух самых громких его книг.

Душевный стриптиз
Первый роман Виктора Ерофеева «Русская красавица» появился на свет в 1989 году. К тому моменту в стране полным ходом шла перестройка и блокаду с его текстов сняли. На произведение вышло больше 200 рецензий – все негативные. Лишь один французский профессор опубликовал в The Moscow News положительный отзыв. «Я написал книжку на одном дыхании за два месяца, думал, что делаю нечто с большой буквы, потому что до этого ни один мужчина не писал от лица женщины, не пропускал через себя ее переживания. По сути, русская красавица – это я!» – восклицает писатель. Книгу ругали, говорили, что в своем откровенном повествовании автор перегнул палку и унизил советскую девушку, но ажиотаж создал неплохую рекламу. Тираж (а он был еще советских объемов – десятки тысяч штук) разошелся. Кстати, на сегодня «Русская красавица» выпущена тиражом уже более 2 млн экземпляров.

Александр Шаталов считает, что начать печататься за рубежом Ерофееву помогли знакомства, приобретенные им в те годы, когда его папа еще был известным дипломатом. Права на книгу купили издательства стразу 14 стран, в том числе Германии и Голландии. По оценкам ИК «Финам», автор получил тогда баснословные для начала 1990-х 0,5 млн долларов. В свою очередь, начальник отдела современной литературы издательства «Эксмо» Ольга Аминова рассказывает: «В те годы иностранцы платили за публикацию произведений русских писателей гораздо больше, чем сейчас. В какой-то степени они пытались удовлетворить информационный голод. Ведь о Большом соседе – СССР – ходило столько мифов!»

Но секрет успеха «Русской красавицы», которая, скажем, в Голландии стала бестселлером, заключался не только в этом. «На Западе от нашей литературы хотят одного: видеть загадочную русскую душу. Это непреодолимый стереотип», – объясняет Александр Шаталов. Чего-чего, а смятения и терзаний в откровенном произведении, где главная героиня в поисках себя пробует разные, подчас шокирующие вещи, было хоть отбавляй. В итоге душевный стриптиз и постельные сцены, за которые Виктора столько ругали в России, стали для него пропуском на прилавки зарубежных магазинов. Критики говорят, что в похожую ситуацию в свое время попал Владимир Сорокин: на родине его книги шли под нож, а на Западе их расхватывали как горячие пирожки. И лишь спустя много лет признание пришло к нему и в России.

В 1990-е Виктор Ерофеев написал еще несколько романов, но больше такого ажиотажа ни одно из его произведений не вызвало. А в начале 2000-х в России возникла повальная мода на легкое чтиво. Все кому не лень начали строчить детективы, и спрос на сочинения, которые заставляют думать, упал до минимума. «Деление на массовую и элитную литературу было во все времена», – отмечает Ольга Аминова. Так, Антон Чехов был менее любим современниками, чем беллетрист Игнатий Потапенко. Однако в наше время и без того невысокие продажи серьезных писателей на фоне Дарьи Донцовой, Татьяны Поляковой и других упали практически до нуля. Способствовало этому и нежелание издательств вкладываться в их раскрутку, притом что детективщиков они рекламировали буквально на каждом шагу.

Человек из телевизора
Единственным способом хоть как-то поддержать интерес читателей к себе и своим сочинениям стал пиар. Пока коллеги по цеху договаривались с газетами и журналами о собственных колонках, г-н Ерофеев начал прорабатывать идею авторской телепрограммы – все о той же загадочной русской душе. Хотя сам Виктор, конечно, утверждает, что взялся снимать документальные сюжеты и ставить их на разные телеканалы исключительно от «писательского одиночества». «С первыми версиями «Апокрифа»-бродилки мы ездили, например, во Владимирский централ, общались с заключенными», – рассказывает он. Только в 2002-м программа прочно обосновалась на канале «Культура», а съемки начали проводить в помещении. Передача о проблемах литературы, современного общества и отдельных людей продержалась на экране почти 10 лет. Несмотря на популярность, больших денег она не приносила. По оценкам ИК «Финам», лишь 5–8 тыс. долларов ежемесячно. Зато ВГТРК транслировал ее на весь мир по «РТР-Планета», что явилось отличной рекламой для книг г-на Ерофеева. В результате автобиографический роман «Хороший Сталин» – книга о семье и о том, что произошло с альманахом «Метрополь», написанная в 2004 году, – стал вторым бестселлером Виктора Ерофеева. Как и «Русскую красавицу», ее перевели почти на 40 языков. «Гонорары были отличные, но деньги всегда как-то утекали сквозь пальцы, – признается автор. – Нужнобыло покупать акции «Аэрофлота» или «Газпрома».

Несмотря на то что на родине писателя теперь знали в лицо, по тиражам в один ряд с Улицкой и Толстой он так и не попал. Возможно, именно поэтому около 10 лет назад вместе с партнером решил открыть собственное издательство «Зебра Е». Как объясняет Александр Шаталов, во-первых, это позволило увеличить тиражи своих книг, а во-вторых – собственную прибыль. Ведь в то время как автор получает максимум 10% с продаж, издательство – в разы больше. «Кстати, Виктор совершил несколько литературных открытий, например, первым напечатал Софью Купряшину. Но продавать книжки сложно. Хорошего дохода это не приносит», – сетует г-н Шаталов. Согласно данным ИК «Финам», по итогам 2010 года вы ручка ООО «Издательство «Зебра Е» составила 4,565 млн рублей, чистая прибыль – всего 65 тыс. рублей.

Правда, как сообщил сын писателя Олег Ерофеев, занимающий в «Зебра Е» пост вице-президента, издательство владеет правами на большинство книг его отца и периодически, особенно когда выходит новое произведение Виктора Ерофеева, зарабатывает на перепродаже прав. О каких суммах может идти речь, остается только догадываться. Так же как и о том, сколько получает сам автор. «Допустим, биография Эдуарда Лимонова, написанная Эммануэлем Каррером, была продана в 22 страны, и, по слухам, автор заработал на ней 2 млн евро», – продолжает Александр Шаталов.

Этой осенью на полках магазинов появится новое сочинение Виктора Ерофеева. Сюжет и название держатся в строгом секрете, однако можно предположить, что оно будет полно метаний той самой русской души, которую автор периодически помещает в разные нестандартные ситуации. Практически одно временно книга выйдет и за рубежом. «Одно немецкое издательство заплатило мне в 15 раз больше, чем российское», – не скрывает Виктор Ерофеев. По азарту в его глазах видно, что он в предвкушении и возлагает на новый роман огромные надежды. Возможно, именно поэтому активно пытается восстановить программу «Апокриф», которая была снята с эфира в прошлом году и, по мнению телеобозревателя «Московского комсомольца» Александра Мельмана, за 10 лет себя изжила. Где «ерофеевский междусобойчик» появится вновь, пока непонятно. «С каналом мы уже договорились, но с каким, не скажу, – скрытничает Виктор. – Сейчас прорабатываем детали, обновляем формат». Одно ясно: с выходом в эфир лучше поторопиться, потому что, как заметил управляющий партнер Международного концертного агентства «Ру-Концерт» Кирилл Чибисов, став медийным лицом, «человеком из телевизора», Виктор Ерофеев волей-неволей попал под законы шоу-бизнеса: пока светишься на экране – тебя помнят, знают, ругают или любят, твое имя у всех на слуху. Как только пропадаешь – о тебе почти мгновенно забывают.

Источник: газета РБК daily
 
26 Сентября 2012 г.

Комментарии

Ваш комментарий может стать первым
Оставить комментарий
отписатьсяподписаться

Оставить комментарий